К началу


E-mail: YMH-CMEX@mail.ru

 

VI Конкурс-фестиваль "Умный смех"

Авторская песня


Олег Скальд

Большие чувства

Стою бараном перед новыми воротами --

Мои стремления разбились о замок.

В район она уехала за шмотками,

А я большие чувства приволок.

 

Цветов нарвал в соседском палисаднике,

У бабки Груни стырил огурцов.

Свиданье с нею -- нету краше праздника,

На подвиги ведёт меня любовь.

 

В глазах слеза. Любимая уехала,

А обещала у калитки ждать.

Неужто старая джинса моя помехою

Любви её ответной может стать!?.

 

Лечу домой и говорю родителям,

Что не могу в старье ходить таком.

Ведь в группе я уже подготовительной

И должен быть завидным женихом!?

Колесо времени

Время вертит свое колесо --

Стрелки мчат по извечному кругу,

Укатилось желаний кольцо --

Мы с тобой надоели друг другу.

 

Как крестьянину суслик в полях,

Как заплаты на грязных дорогах,

Как заядлому дачнику тля,

Как разбитая, старая обувь.

 

Как тяжелый, большой чемодан,

Что однажды остался без ручки,

Как пустой и дырявый карман,

Как надолго задержка получки.

 

Мы с тобою, как два сапога,

Это значит, мы все-таки пара,

И друг друга мы любим слегка,

Хотя это избито и стАро.

 

Мы с тобой, как иголка и нить,

Вновь выходим вдвоем на дорогу,

Нас водою уже не разлить,

И удобна потертая обувь.

 

Время вертит свое колесо --

Стрелки мчат по извечному кругу.

Неразрывно желаний кольцо --

Не пойдем никуда друг без друга.

Угрозы-грёзы

Ты неожиданно оставила меня.

И Арктикой повеяло в квартире.

Зимою мне не выжить без тепла,

Обледененье в ванной и сортире.

 

Исчез уют привычного тепла:

Твои угрозы-грезы вышли былью --

Покрыл морозный иней зеркала,

А мебель не найти под снежной пылью.

 

Но я твою коллегу закадрю --

Немало одиноких в теплосети,

Она простит задолженность мою,

Включив тепло, взаимностью ответит!

 

Напрасно ты оставила меня...


Виктор Скоробогат

Вегетарианская

Моя жена красивая и злая,

Похожая на горную козу,

И сам похож на горного козла я,

Поскольку ем капусту и кинзу.

 

Одну капусту и одну кинзу...

 

Легка походка и пряма осанка,

Ей мяса вкус изведать не дано,

Моя супруга – вегетарианка,

И это длится с ней уже давно.

 

И с нею я совсем не заодно...

 

Я ем траву для внутренней очистки,

Вы скажете: в своём ли ты уме?! –

Я по по ночам крадусь к кошачьей миске

И доедаю "вискас" и "гурме"...

 

Какая прелесть "вискас" и "гурме"!

 

Когда чаинки плавают на донце,

Я их из чашки отправляю в рот,

Жена ж берёт энергию от солнца,

И без еды она давно живёт!

 

Представьте, без еды она живёт.

 

Не знаю я, куда мы с ней "приедем",

И как я с нею буду жить теперь?

Я всю посуду раздарил соседям,

А холодильник выставил за дверь.

 

Представьте, холодильник – и за дверь!

 

Желанья все до минимума сузив,

Я по рекомендации врачей

Купил жене путёвку "ол инклюзив" –

Поесть на море солнечных лучей.

 

Набраться сил от солнечных лучей.

 

Теперь с женой мы свет едим на ужин,

И между нами нет былой вражды,

Я вас спрошу: вам унитаз не нужен?

А то стоит у нас он без нужды...

 

Теперь у нас в нём нет большой нужды!

 

Собачий вальс

Ты лежала под оливою
И от счастья просто таяла,
Ты была такой счастливою –
Не рычала и не лаяла...

Я восторга неподдельного
Не могу назвать причину вам,
Я лежал под тем же деревом,
Очарован и чипирован.

О тебя я тёрся пузиком,
Над тобой жужжал комариком,
Ты меня дразнила Тузиком,
Хоть зовут меня все Шариком...

За тобой всё время шастаю,
Пред тобой верчусь пропеллером,
Я люблю тебя, ушастую,
Хоть и мутишь ты с ротвеллером!

Нас судьба связала случкою,
Я хвостом по рёбрам стукаю,
Ты была прикольной сучкою,
А такою стала сукою!

Пред тобой на пузе ползаю,
Со своей не справлюсь ломкою,
Ты какой-то стала борзою –
Притворялась лишь болонкою!

Превращение

Куда ведёт нас рок слепой,
Когда душа слепа?!
Своей безжалостной стопой
Я раздавил клопа!

Нет, не сказал себе я "стоп!"
Я был преступно туп,
Не повернул своих я стоп,
И клоп усоп, он – труп!

Хочу признаться вам, друзья,
Я был слегка поддат.
Так поступать с клопом нельзя,
Погиб он, как солдат...

Теперь жена его – вдова,
Жива едва-едва,
И пятьдесят его клопят
Вопят, вопят, вопят!

Но как-то раз уже потом
Я брёл в людской толпе
И вспомнил ясно я о том
Раздавленном клопе.

И помянул его я прах,
Откупорив коньяк...
Коньяк клопами сильно пах --
То был недобрый знак!

Воздел я руки к небесам,
А руки-то -- тю-тю!
Теперь за жизнь цепляюсь сам
Я лапками шестью!

На мне хитиновый мундир
И из хитина лоб,
И в крапинку я вижу мир,
И сам теперь я клоп!

Смеётся надо мной толпа --
Ну ты, чудак, и влип!
Как превратился ты в клопа,
Мы снять могли бы клип!

А я, как честный клоп, друзья,
Женился на вдове...
Зато и жизней у меня
По крайней мере – две!

Серьёзен я и деловит,
Пусть эта песня – спам,
Теперь я – клоп, и я, как вид
Принадлежу к клопам.

Но я живу, судьбу кляня,
Печаль стеснила грудь
Ведь может быть, что и меня
Раздавит кто-нибудь!


Татьяна Сергеева

Мадам имеет право

Я по Одессе шла в разгар хмельного лета,
Дыша прибоем и цветеньем старых лип,
И захотелось мне
без всякого сюжета
Чтоб кто-то вслед мне посмотрел и просто влип.

Припев:
И скажет старый одессит, простив забаву:
Мадам на отдыхе
мадам имеет право!

И я пойду себе, танцующей походкой,
Под взглядом этих жарких и желанных глаз,
Хотя вполне я сознаю, что не молодка,
Но не иссяк ещё симпатии запас.

Припев:
И пусть кому-то это будет не по нраву

Мадам на отдыхе
мадам имеет право!

Я молдаванка, и пройдусь по Молдаванке,
Хоть не рыбачка-Соня я, но что с того?
Желает женщина хоть иногда быть манкой,
И не под крышей дома своего.

Припев:
И прокричит мне Молдаванка: браво, браво!
Мадам на отдыхе, мадам имеет право!

Ах, что ты делаешь со мной, Одесса-мама!
Ты мама та, что позволяет всё и вся…
Как дочь твоя, я не строптива, не упряма

Иду по лету, взгляда жаркого прося.

Припев:
И вот уж ластятся ко мне шелковы травы

Мадам на отдыхе, мадам имеет право…
И скажет старый одессит, простив забаву:
Мадам на отдыхе
мадам имеет право!

Убийство по-французски

По мотивам рассказа К.П. Доннела
"Рецепт на убийство

"Мадам Шалон похожа на Минерву,
Инспектор думал, глядя на красотку.

Опасная, возможно даже стерва,
Но, что определённо,
не кокотка.
Как держится! Ведь двух мужей убила…
О, как прелестна линия груди,
Какие бёдра… Вот, заговорила,
Глаз в сторону, инспектор, отводи".

Шалон:
"Мои мужья страдали от гастрита,
Один из них
обжора, хам, свинья,
И был продажной шкурой ненасытной
Второй
продался немцам, знаю я.
Они любили заливать в желудок
И обожали есть деликатесы:
Холодных перепёлок, диких уток,
А я лишь поддержала интересы.
Ведь я француженка и я люблю готовить

Мой папа был шеф-повар
высший класс!
И я старалась, мсье Мирон, на совесть

Как если б это делала для вас!
Индейку шпиговала я каштанами,
А дичь была под шубой по-индийски,
И по-турецки были баклажаны,
И артишоки, значит, по-ливийски.
Да, я травила их, но без отравы ,
В еду добавив лишь своё искусство

Так мстила я за нелюбовь
по праву
За светлое, поруганное чувство!
И вам поймать меня
ну, невозможно
В анализах вы яда не нашли.
А я была предельно осторожна

Они хотели
и они ушли!"

Мирон:
"Мадам, Шалон, я выгляжу не скверно,
Я холостяк, и начал я стареть,
И сумма в банке есть…И я, наверно,
Мадам Шалон, хотел бы умереть…
Пускай от охлаждённой перепёлки,
Иль съев омлет по-неаполитански…
ЧТО жизнь без вкусной пищи? Что в ней толку?
А без любви
так просто чили мексиканский!
Я приглашаю Вас на дюбоннэ
Поедем в Ниццу
чудная погода…"

Шалон:
"Согласна, мсье Мирон, и Вас я нэ,
Нэ приведу к фатальному исходу".
Вместе:
В количествах разумных поглощать
Вино и пищу нужно
однозначно!
Шалон:
"Хотите руку мне поцеловать?"
Вот так всё и закончилось удачно.
………………………………………
А это был рецепт убийства по-французски…


Андрей Кучумов

На станции Хоробичи

Битый час стоим на станции Хоробичи,
И таможня проверяет сундучок,
В нём добришка
как две спичечных коробочки,
Но таможня проверяет сундучок.
Нынче новые законы пограничные –
Оттого и проверяют сундучок.
Путешествовать, конечно, дело личное,
Но таможня проверяет сундучок.
Офицерик
тот совсем ещё мальчишечка,
Но свою он службу бдительно несёт.
Неженатый, молодой и бездетишечный,
Но свою он службу бдительно несёт.
У напарника его мундир мешком висит,
Но он тоже службу бдительно несёт,
И ему всего три месяца до пенсии,
Но свою он службу бдительно несёт.
Они хочут грудь в крестах и ассигнации,
Ну, а мне смертельно хочется курить.
Я им крестиков наставил в декларации
И теперь смертельно хочется курить.
Вот уйдут они подтянутые, бодрые

В тот же миг начну немедленно курить.
Я слова для них нашёл такие добрые

Не хочу сейчас об это говорить.
Битый час стоим на станции Хоробичи,
И таможня проверяет сундучок

Там добришка, как две спичечных коробочки,
Но таможня проверяет, проверяет, проверяет,
Ну, а мне смертельно хочется курить.

Вокзальная кадриль

Ох, вокзал ты мой, вокзал,
пристань для хануриков…
Полдороги простоял
в тамбуре прокуренном.
Уж намяли мне бока
нары деревянные,
Ох, вокзал ты мой, вокзал,
грусть-печаль незваная.
Но нигде лекарства нет
снять хандру безмерную.
Вот бы взять, купить билет

да на полку верхнюю,
И, уснув под перестук,
спать пока везут меня.
Да на юг, на юг, на юг,
ни о чём не думая.
На югах огни пестры,
мотовство-лихачество…
В кабаках сидят «бобры» —
все со знаком качества.
Но не каждому вкушать
ананасы с вишнею,
Если не сумел продать
душу, всюду лишнюю.
Предлагал, да не берут,
много нас
торгующих,
Вот и мёрзну на ветру…
Ну, а что могу ещё?
Я на поезд опоздал
лет на 10 минимум…
Ах, вокзал ты, мой вокзал,
рельсовые линии…


Сергей Котлов

Материалы перенесены из программы Умного Смеха - 2020,
куда Сергей Котлов приехать не смог.

Комическая гибель

Слова и музыка Сергея Котлова

Посвящается премии Дарвина и возрастным ограничениям +18 на фильмы с эротикой.

 

Как не погибнет кто, так всё трагически

С ущербом для страны экономическим.

И тут же смысл находят политический

И ставят в ряд примеров исторических.

 

Всё это ерунда - всё символически.

Героев пруд пруди, ну а фактически

Лишь только я один (теоретически)

Готов погибнуть весело – комически!

 

Я не питал иллюзий буколических.

Не изливал эмоций патетических.

К идеям ближе был гастрономическим.

Не напрягался сильно я физически.

 

Но я пришёл (признаюсь: эмпирически)

К тому, что людям всем катастрофически

Зачем-то нужен стресс (притом космический!)

Из-за чего у всех психоз хронический.

 

На всё и всюду взгляд у всех скептический

И бытовой уклад урбанистический.

Ну, а в душе пробой энергетический

И жизни вкус какой-то синтетический.

 

И подавляя приступ астматический,

С времён непамятных, ригористически

Бьют лицемерно принцип гедонический

И выдвигают гневно героический.

 

А мне так лучше фильм порнографический,

Чем боевик жуть-апокалипсический.

Уж лучше охи, ахи, культ фаллический,

Чем кровь и слёзы, боль и страх панический!

 

И тут вопрос уже не схоластический,

А очень даже нравственный, этический:

Убить любой у нас готов практически,

А вот любить… Любовь – обман оптический!

 

А я вздыхаю только оргазмически.

Живу, пою, играю эйфорически.

И дай мне бог, за труд мой титанический

Погибнуть ярко, как-нибудь комически.

 

Но прежде, Боже, всё же, по-отечески

Дай мне пожить чуть-чуть по-человечески.

 

Будущая бабочка

Слова и музыка Сергея Котлова

 

Ироничный эзоповский монолог Гусеницы в эзотерическом плане.

Используется цитата из произведения Н.Римского-Корсакова "Полёт шмеля"

 

Я вечером влезаю в кокон, думаю: «Ха!

Вот завтра буду я порхать!

Я завтра буду бабочкой, сомнения прочь!

Мне надо только выспаться в грядущую ночь».

 

Но вот приходит утро и всё в том же лице

С кровати я сползаю сонной гусеницей.

Опять, опять, о боже! нужно что-то жевать!

Когда же можно будет жить, а не проживать!

 

Жую, жую, жую, всё чтобы бабочкой стать

И раздаётся вширь моя стать.

Как жаль, что листик мой не поспевает расти:

Опять, о боже, надо мне куда-то ползти!

 

Когда же я окуклюсь, ну когда всё пройдёт?

Догробный мир к добру, известно, не приведет.

А там я буду бабочкой (в зелёном раю)

И там счастливым буду я…

- Пока не склюют!

 

Но вот один нахал (такой в пупырышках весь)

Сказал: «Ты, брат, имаго, ты такой, какой есть,

И можешь сколь угодно ты себя убеждать,

Но ты червяк и, значит, больше нечего ждать».

 

Вот гад ползучий, взял и всю надежду убил.

Теперь тоска зелёная и холод в груди.

Но я ещё не дохлый, я не сдался совсем:

Найду его, в пупырышках, поймаю и съем!

 

Я думал: Ну зачем Господь (тут явно провал)

Таких вот гадов насоздавал?

Ну ладно я - я мягкий, в основном ем траву,

Но есть такие гады, что вообще караул!

 

Но к счастью, что депрессия не длиться века:

Прошли три дня во сне и снова я у станка!

Надежда ожила: жую, ползу прямо в рай.

А если кто что вякнет, я скажу ему: «Враль!»

 

Вредный меркантильный романс

Слова и музыка Сергея Котлова

А на свете жить ой как вредно.
Я от этой вредности бледный.
Ой, а нам за вредность не платят.
Ой, обидно, сёстры и братья!

Я вчера лежал на полатях
Весь как есть, ну то есть без платья.
Размышлял я о благодатях
И о том, почто нам не платят.

Я с полатей слез худо-бедно.
Говорят лежать долго вредно!
Сел перекусить и как вздрогнул:
Этот путь ведёт прямо к моргу!

Вот холестерин и не мало.
Соли есть тяжёлых металлов.
Вот канцероген и нитраты.
Нет, такой еде мы не рады!

На еду потратишь монетки,
А потом ещё на таблетки!
Всё, теперь табу на обеды!
Как-то же живут солнцееды.

Аппетит пропал, стало тошно.
Вот зачем такой я дотошный?
Вышел я на воздух и ахнул:
Понял, что конечно, дал маху!

В воздухе витают токсины.
Вновь канцероген и бензины.
Так не доживёшь и до свадьбы!
Лучше этим всем не дышать бы!

В шоке прискакал на работу.
Не поздоровел ни на йоту!
И работа не санаторий,
А собранье фантасмагорий!

И, конечно, нервы и нервы!
Мудрости бы взять у Минервы.
Но Минерва где? А я вот он!
От эмоций вредных измотан!

 Вновь приполз домой анорексик.
Зародилась мысль о сексе.
Захотелось лечь и отдаться…
Лучше было б ей не рождаться!

Потому что секс тоже вреден.
Я предполагал это бредни,
Но когда прочёл про сансару
И зашёл на сайт небеса.ру

И узнал, что жизнь есть страданье,
Постепенное увяданье,
стал я у виска крутить пальцем:
Ну зачем плодиться страдальцам!

Вредностям просвета не видно.
Очень за либидо обидно.
Нет теперь ни в чём утешенья.
Разве только в стихосложенье.

 Это очень немилосердно.
В смысле то, что жить очень вредно.
И к тому ж за это не платят.
Как уже устал намекать я!

 Но накрывшись тазом медным
Сколько можно людям врать!
Жить, конечно, очень вредно,
Но вреднее умирать!

 Бридж….

 Вот искусство оно, как прасад, но
Вредно всё, что даётся бесплатно!
Меркантильный намёк мой понятен?
Вам же песня понравилась? - платим!


Андрей Ивонин

Петров и Боширов

Боширов, Петров, боевые друзья,
На Запад летят – им иначе нельзя.
Геройским парням и агентам Кремля
Дан чёткий приказ устранить Скрипаля.

Ведь этот Скрипаль, он наш бывший шпион,
Предавший страну, преступивший закон.
Таким нет прощенья, решили вожди.
Молись же Скрипаль и пощады не жди.

Петров и Боширов, бойцы ГРУ,
Элитный спецназ, “коммерсанты” в миру,
В сортире, вдвоём, запершись на крючок,
Вовсю синтезируют газ “Новичок”.

А бедный Скрипаль, он не ест и не пьёт,
Дрожит словно лист и возмездия ждёт.
Не может от страха ни встать и ни сесть,
Ведь тут не спасёт никакая МИ-6.

Петров и Боширов идут напролом,
Один с ледорубом, другой с топором.
Предатель вот-вот попадёт на крючок.
И плещется в термосе газ “Новичок”.

Садятся на поезд и едут в пургу.
По следу идут по колено в снегу.
Остёр ледоруб и наточен топор.
Им до фонаря солсберийский собор.

Несчастный Скрипаль – далеко ль до беды? –
Как заяц бежит, заметая следы.
Дворами крадётся, в туманную даль
Уходит, уходит, уходит Скрипаль!

Ну что тут сказать? Такова се ля ви.
Погоня, погоня в горячей крови.
Всё ближе развязка, и у Скрипаля
Горит под ногами чужая земля.

Спасения нет – и беги не беги
Финал неизбежен, пусть знают враги –
Конец всем предателям будет таков.
Петров и Боширов! Боширов, Петров!

Прыщ

Он был, на самый первый взгляд, не очень, –
Вполне себе обычный индивид.
И, по началу, среди многих прочих,
Собой являл довольно бледный вид.

Так, не жалея подлости и лести,
Болтаясь всюду за тобой как хвост,
Вскочил на самом неудобном месте
Сей неожиданный нарост.

Он не был ни пижоном, ни хлыщом.
Он был весьма продуманным прыщом.

Героем дня, в прыще души не чая,
Его признали все до одного.
А ты привык, в упор не замечая,
Лишь иногда почёсывать его.

Но время шло, и наш приятель рос.
Решив резонно: стоит трон обедни.
И, чтобы стать ещё чуть-чуть заметней,
Он тихо с тыла переполз на нос.

Как много занимательных вещей
Из жизни замечательных прыщей.

Он так, казалось, скромен был и прост,
Что и вниманья твоего не стоил.
И до поры тебя не беспокоил
Его стремительный карьерный рост.

Он стал тебе уже почти что друг,
И быть похожим на него старался.
Но вот однажды все-таки прорвался,
Зловонием наполнив все вокруг.

Не сетуй на судьбу и не ропщи –
Так поступают все прыщи.

Анна

Приходи ко мне, Анна,
Будь ко мне благосклонна.
Почитаем Сезанна,
Помечтаем влюблённо.
Время непостоянно,
Лишь одно несомненно –
Я люблю тебя, Анна.
Не смотри так надменно.

Жизнь моя монотонна,
Так скучна и рутинна.
А ты так непреклонна,
Холодна и невинна,
Так черства и жеманна,
Что скажу откровенно:
Знаешь, милая Анна,
Это несовременно.

Это так негуманно,
Так необыкновенно,
Так нелепо и странно.
Но твержу неизменно:
Приходи ко мне Анна,
Приходи непременно.
Будет всё так спонтанно,
Будет всё офигенно.


Владимир Сергеев

ОНА с косой

Фантазия на модную тему
на мотив то ли девочки, а то ли виденья

Я лежал с температурой под сорок;
задыхался под грудное стесненье;
весь в поту, сознанье – сумрачный морок;
и ОНА (с косой) ко мне – COVIDенье.
ОНА пришла летучей мышью из Уханьских пещер;
подумал: снова я влюбился, дурак?
Я оглянулся: сзади – жизнь, погибший СССР,
а подо мною – «утка», в будущем – мрак.

Точно: вот она вокруг, преисподня;
черти ходят, как SS-космонавты;
а ОНА (с косой) под плёнкой в исподнем;
«ИзыдИ, ведьмачка, подлая, ах ты!»
ОНА включила ИВЛ, в меня пошёл кислород,
подумал: «Всё, мне (по-Бутейко) – финал!»;
ведь он ЕДВА дышать учил весь заболевший народ!
Я ЕЙ ногой поставил в маску фингал!

«Загибайся ты, дурак Городковский!
Всё у вас, как у людей не бывало!».
Отключила шланги, по-мужиковски
вдаль ОНА (с косой) к другим зашагала.
Подумал я: «Мой Академ весь Городок – не такой!
Здесь мысли наши и слова – поперёк!».
Я рыкнул так, что вирусня ушла в приёмный покой,
и мне профессор в муках сдохнуть предрёк.

Утром – жАра нет, легко задышалось;
будто вирус я любви выслал в баню.
Оглянулся, – там ОНА показалась
(при косе); но я теперь её баню.
ОНА ушла летучей мышью, всё махая косой;
«сгинь, COVIDенье!», – думал я, «чур меня!»;
«я убегу», – сказал себе, – «в одной пижаме, босой;
А ТЫ (с косою) больше мне – не родня!».

Во мху

(песня на мелодию автора стихов)

Скребётся Новый год (а, может, и эпоха!),
Всеобщее – вдали, важнО – что близко вам;
такой вот экзистенц, такая синекдоха.
Крушения – дворцам!, да выстоит вигвам!

Куранты отобьют, петарды отсалютят,
а пробки – в потолок, на радостность лоху;
ТВ-шоувики бравурненьким зашутят;
проснёмся в Новый год по-прежнему во мху.

Снегурочке не верь в путанской шубачонке;
а дед Мороз – не дед, а гей (как на духу!);
ни водку не храни в циррозистой печёнке,
ни старый в морду торт не соскребай в уху.

Хоть Украина – враг («трубой» её обходим),
но «Северный поток» нам тормознули – трах!
мы с Киевом опять в газульки колобродим;
ведь Украина – наш опасно близкий пах.

На «Северный поток» – Америки запретик;
а скоро запретят нам лапти и соху.
«Господь», твой «сын» Христос России – не ерЕтик;
спаси её (твою, фактически, сноху).

Сыграет в поддавки опять «Ночная лига»:
на Форварда паснут, нашайбят требуху
голов в одни врата; а прочим – просто фига
и шуба из леща на рыбьем на меху.

Великая страна, великого народа,
ты чем же велика? и чем народ велик?
Чей первобытен труд в пределах огорода?,
и искренне любим в Отечестве чей лик?

Скребётся Новый год котярой у порога;
не хочешь – не впускай, он всё равно придёт.
Не наживай себе ни гОрба и ни рога.
Что мохом поросло, эпохой быть сойдёт.

Ню и ню

(песня на мелодию автора стихов)
Посвящается медсестре, появившейся
в «красной» COVID-зоне клиники в прозрачном
защитном костюме, надетом на купальник.

Вам такси иль шашечки?
Дать, болезный, кашечки?,
памперс не хотите ли
или в чай изюм?
Что вы улыбаетесь?,
на меня взираетесь?!
Да, на мне прозрачненький
на «ничто» костюм.

Правда ведь, живителен
вид мой, соблазнителен?
Организм болезненный,
правда, забурлил?
Правда, сразу хочется
не в болезни корчиться,
а привстать над никелем
коечных перил.

Кто-то скажет ханжески:
«Это дичью кажется!
Так стриптиз с борделями,
что ли, – в тишь палат?!»
А вот вы спросите-ка:
правда, оживителен,
иммунородителен
вид на мой халат?

Что мне, в фонде коечном
в чёрном быть покоечном
одеяньи кладбища,
в маске цвета black?!
К жизни жизнью вытянет
медик, в ком не выведен
радости и прелести
животворный трек!

Не хотят начальники,
вирусопечальники
допускать таких, как я
на больниц крыльцо;
пусть не хорохорятся!
Там победа спорится,
где войны и женское
с нежностью лицо.

Всюду – муки; с трупами –
плоскости с уступами;
сколько уже умерло
медиков у нас!
Как над баррикадою,
топлесом порадую
на болезнь восставшую
волю наших масс!

Ню коронавируса,
ты бесстыже выросло,
голое и наглое,
всех обволокло;
своим ню мы весело
счистим тебя в месиво,
и с короной каждая
будет на чело!

Верим: жизнь пробудится,
избавленье сбудется
от COVIDа-Гитлера;
мы его – в убой!
Нянечки с сестричками,
с чёлками, косичками
на Парад Победы свой
выйдут всей гурьбой!


Александр Окропиридзе

На пляже

Раскинулось море широко,
И волны ершили пейзаж.
Я жарился в центре порока,
Известном как сочинский пляж.

Вокруг в ожиданье поклёвки
Русалки вращали хвостом,
Но жертва горящей путёвки -
Я был при кармане пустом.

Гляжу, "афродита" в бикини
Лежит и вгоняет в искус.
Фасад украшают две дыни
И с видом на море арбуз.

Как персики, рдеют ланиты,
Как вишни, припухлости губ.
А я, как опоссум, небритый
И, в целом, манерами груб.

Но я до арбуза охочий,
От вишни – душой "ай-лю-лю".
Готов их с утра и до ночи...
И дыню я тоже люблю!

"Дорогу осилит идущий".
И веря, что всё впереди,
Я стал демонстрировать кущи
На с детства небритой груди.

Люблю я фривольные игры!
И стал напрягать, как физрук,
Свои бесподобные икры
И страстные контуры рук.

И будучи прессом не хлюпик,
Выпячивал с пеной у рта
Красотке навстречу свой кубик
На полный объём живота.

Крутилась в мозгу Камасутра,
Но всё становилось ясней,
Что эти старания ультра-
Совсем -фиолетовы ей.

Что взять с недалёкой блондинки?!
И, скинув сомнения груз,
Купил я на сочинском рынке
Две дыньки и сочный арбуз!

Я так хотел Вас замуж за меня

Я Вам какой-нибудь не конь в пальто,
А каждый день приличный с виду кент.
Я Вас влюбился, несмотря за что,
А Вы посмели мне ответить «нет».

Угомоните вредности талант
И замолчите свой красивый рот.
Вас полюбил не фраер-практикант,
А даже чересчур наоборот.

Теперь имею кое-что сказать,
А Вы следите мнение лица.
Я год за Вас ухаживал, как мать,
И уделял заботу за отца.

Парили Вы, как будто стрекоза,
И хорошели, словно от дрожжей,
А Ваши чернобурые глаза
Забыть мне заставляли падежей.

Запав на них волнительный размах,
Я золото дарил, что было сил,
И шубы дорогие на мехах,
Которых даже соболь не носил.

Я покупал шампанское рекой
И брызги счастья мокнули на нас.
И чтобы Вы мне стали дорогой,
Вам тратил стратегический запас.

Вы на меня имеете эффект,
Как никогда шикарная чума!
А бюст и тазобедренный комплект
Меня прогнали заживо с ума.

Я так хотел Вас замуж за меня!
Пусть не совсем..., хотя бы по чуть-чуть.
Но Вы сбежали, золотом звеня,
Чем оголили истинную суть.

Вы застрелили сердце наповал
И для добить туда забили кол!
Теперь хочу Вас, чтобы год искал,
И через десять даже не нашёл!

КАК Я ЭТИМ ЛЕТОМ

/российский шансон/

Вам расскажу, как этим летом из хрущёвки
Сбежал на море отдыхать я по путёвке,
Что подогнали мне работники собеса
На почве службы пенсионным интересам.

Собрав вещички, я подался в санаторий,
Чтоб исцелиться от хандры и прочих хворей,
Посредством ультра, фиолета и массажей
И закрепить успехи грязью местных пляжей.

Но на второй же день элитного безделья
Душа заплакала без ласки и похмелья.
И я добыл винца для юстировки почек,
А для «лямуров» прикупил трусы в цветочек.

И вот в традициях античной ойкумены
С трудом на пляж богиня выбралась из пены.
Тянула грация её на центнер веса,
И это только добавляло интереса.

Я, познакомившись, узнал, что Антонина
Больших театров в прошлом прима-балерина,
На гвоздь повесившая пачку и пуанты,
Поскольку там не ценят душу и таланты.

Я заценил… и ей представился как Рома,
Держатель акций Уралмаша и Газпрома,
Владелец в Пензе пары пальмовых плантаций,
… А здесь скрываюсь от докучных папарацци.

Мы целовались на закате у причала,
Она ко мне подняться в номер обещала.
Я улыбался, но мне было не до смеху,
Поскольку плохо представлял, кто будет сверху.

Кровать прогнулась от таких «сокровищ Агры».
А я вином запил две капсулы виагры.
Мне показался зелья вкус немного странным,
Но не успел сие загладить словом бранным.
… …
Когда очнулся, понял: смылась балерина.
Валялась рядом пачка из-под клофелина,
Исчезли денежки из тайного кармана,
А так же зубы золотые из стакана.

Так проучила жизнь повесу и балбеса.
Всё справедливо, но вопрос: какого беса
Повёлся я на сыр бесплатный из собеса?
... И укусить теперь не выйдет без протеза!